Интервью в "Российской газете" руководителя Северо-Западного следственного управления на транспорте СКР генерал-лейтенанта юстиции Сергей Сазин

30 Ноября 2017

https://rg.ru/2017/11/30/reg-szfo/pochemu-proishodiat-tragedii-na-transporte.html

Трап преткновения

Почему происходят трагедии на транспорте
Случай в Пулково, когда бабушка с годовалой внучкой упали с трапа при выходе из самолета, потряс всю страну. Женщина оказалась в больнице с переломами, девочка погибла. Расследование показало, что в петербургском аэропорту трапы ремонтировали самостоятельно, с помощью подручных материалов. А еще выяснилось, что состояние трапов не проверялась контролирующими органами, поскольку на учет они поставлены не были. О том, из-за чего происходят трагедии в авиации, на железной дороге и на водных путях, рассказал "РГ" руководитель Северо-Западного следственного управления на транспорте СК России генерал-лейтенант юстиции Сергей Сазин.
Фото: Владимир Терешков/РГСергей Сазин: В вопросах защищенности объектов от разного рода угроз координация различных ведомств особенно важна. Фото: Владимир Терешков/РГ
Сергей Сазин: В вопросах защищенности объектов от разного рода угроз координация различных ведомств особенно важна. Фото: Владимир Терешков/РГ

Сергей Тихонович, только ли в петербургском аэропорту использовали неисправные трапы?

Сергей Сазин: Ситуация на самом деле очень серьезная. Аэропорт - это закрытое учреждение, туда просто так не попадешь, и что там происходит, никто не знает. Не исключено, что неисправные трапы используются и в других регионах страны. После трагедии в Пулковосотрудники нашего управления совместно с прокуратурой про- вели проверки во всех аэропортах Северо-Западного федерального округа. Те или иные нарушения были выявлены в Мурманске, Архангельске, Пскове, Ярославле и в Сыктывкаре. В столице Коми обнаружен неисправный трап, он не был поставлен на учет, сотрудник, который его обслуживал, не имел соответствующей водительской категории. Сейчас по факту нарушений в аэропорту Сыктывкара возбуждено уголовное дело. В Пскове тоже обнаружены похожие нарушения, но там неисправный трап не используется.

Некоторое время назад ваше управление начало расследование фактов, когда самолеты выкатываются со взлетно-посадочной полосы. Такие ситуации были в Мурманске, в Пскове, в Калининграде. Но там же никто не погиб, ничего страшного не произошло.

Сергей Сазин: Это нештатные ситуации, которые могли привести к трагедиям, и мы обязаны выяснить, почему они случаются. В авиации существуют допуски, когда можно сажать самолет, и есть пограничные ситуации, когда решение, заходить на посадку или нет, принимает командир воздушного судна. Мы выясняем, оправданы ли были такие решения, также изучаем состояние самой взлетно-посадочной полосы. Наземные службы аэропорта в зависимости от погодных условий обязаны ее должным образом подготовить.

К счастью, трагедии с большими пассажирскими лайнерами происходят редко, но регулярно в сводки происшествий попадают легкомоторные самолеты и вертолеты. Что с ними не так?

Сергей Сазин: Если пролететь на небольшой высоте над Ленинградской областью, можно увидеть посадочные площадки, а также аэродромы для малой авиации. У граждан в пользовании есть также воздушный транспорт. Иногда такую технику можно видеть и на трассах: различные транспортные средства перевозят на буксирах. Останавливают ли их дорожные службы, проверяют ли у водителей документы на технику, информации у нас нет. Мы - следователи, выезжаем на происшествия, где расследование показывает, что у таких воздушных судов имелись нарушения как технического, так и разрешительного характера.

Например, окончено расследование по уголовным делам в отношении учредителя коммерческой фирмы и пилота, которые на самолете АН-2 в Ленинградской области поднимали парашютистов. У этого самолета шины шасси были изношены, а силовые агрегаты крепились к крыльям проволокой! Так вот, следствием совместно с сотрудниками ФСБ было установлено, что самолет совершил по меньшей мере 60 вылетов и перевез в общей сложности более 1100 парашютистов.

А в городе Валдай Новгородской области крушение частного самолета "Cessna-172" с тяжкими травмами для пассажиров произошло в результате нарушения центровки самолета из-за крепления на фюзеляж непредусмотренного навесного оборудования.

Практика показывает, что люди, у которых в собственности есть авиационная техника, зачастую пользуются ею бесконтрольно. Это немного странно, ведь когда вы идете покупать машину, вас в автосалоне сразу же спрашивают, как вы будете регистрировать транспорт, а затем вы будете проходить регулярное техническое обслуживание в специализированных центрах.

Недавно в Петербурге был вынесен первый приговор по делу о поддельных удостоверениях пилотов. Благодаря расследованию вашего ведомства выяснилось, что лицензии покупались чуть ли не в переходах. Все ли граждане, которые покупали по такому алгоритму удостоверения, выявлены, или есть вероятность, что в какой-нибудь авиакомпании работает ненастоящий пилот?

Сергей Сазин: В деле осужденного к длительном сроку лишения свободы директора ООО "Крылья Невы" Андрея Кочарыгина 70 эпизодов. Следователи направили представление в Росавиацию, были найдены и аннулированы 163 незаконных свидетельства пилотов. Многие из их обладателей работали в авиакомпаниях. А те пилоты, которые занимались перевозкой пассажиров, нами привлечены к уголовной ответственности. Таким образом, последствия деяний Кочарыгина устранены. Но гарантировать, что где-то аналогичный бизнес не ведет другая структура, как вы понимаете, никто не может.

Оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности, - проблема не только авиации, но и водного транспорта. В этом году следователи стали сами проводить рейды на водных объектах. С чем это связано?

Сергей Сазин: Нарушения на водных объектах носят массовый характер. Мы выявляли факты, когда катера в принципе были неисправны, находили спасательные жилеты 1980-го года изготовления, которые буквально рассыпались в руках, вскрывали факты, когда судном с пассажирами управлял пьяный капитан. Причем, нередко речь идет не об индивидуальных, а о групповых перевозках, в том числе и детей.

Например, недавно мы внесли представление Центру социальной помощи семье и детям одного из районов Санкт-Петербурга, сотрудники которого организовали для группы из 40 детей водную прогулку на неисправном судне "Миллениум". Оказалось, что никто из организаторов заранее экскурсии не убедился в том, что перевозка безопасна.

В Архангельской области мы с коллегами обнаружили пять незаконных переправ. Это грузовые баржи, но по факту они перевозят пассажиров. Мы выявили факт, когда на баржу загоняли пару десятков автомобилей, но их никак не закрепляли. Пассажиры находились в салоне автомобилей, у некоторых при этом на руках были малолетние дети, машины стояли на расстоянии 40 сантиметров друг от друга, в случае ЧП люди бы просто не имели шансов выбраться.

В Республике Коми был выявлен факт, когда переполненный паром возил пассажиров из поселка Щельяюр до Нарьян-Мара. На борту было 74 человека, из них 16 детей. В ходе следствия выяснилось, что на судне, помимо явного перегруза по числу пассажиров, не хватало и спасательных жилетов.

Всего по результатам инициированных нашими следователями проверок возбуждено более 50 уголовных дел.

В принципе, за безопасностью на водных объектах следит множество структур: подразделения полиции на водном транспорте, государственная инспекция по маломерным судам, а также Ространснадзор, Российский речной регистр, Российский морской регистр судоходства. Но они, если вскрывается какой-нибудь факт - например, нехватка спасательных жилетов - могут привлекать перевозчиков лишь к административной ответственности.

Поэтому мы предлагаем активизировать совместные действия всех ведомств по выявлению и предотвращению преступлений на транспорте. Наша инициатива уже нашла поддержку у губернаторов Санкт-Петербурга, Ленинградской, Мурманской, Архангельской областей. В этих регионах мы входим в состав различных межведомственных комиссий, участвуем в рабочих группах.

Кроме того, мы регулярно предлагаем контролирующим органам передавать нам все выявленные факты, касающихся нарушений в сфере услуг на водном транспорте. Это позволит инициировать первоначальную доследственную проверку и возможно возбудить уголовное дело, а если признаков преступления мы не установим, материал будет возвращен для привлечения виновных к административной ответственности.

То есть жизнь людей подвергают опасности из-за желания подзаработать?

Сергей Сазин: Не всегда. Например, мы возбуждали уголовное дело по факту эксплуатации неисправного наплавного моста через Логмозеро в Карелии. Выяснилось, что его в свое время установили, как временную переправу, а потом не было средств на капитальное строение, мост так и стоял, люди рисковали каждый день. Когда мы выявили этот факт, возбудили уголовное дело и потребовали устранить нарушение, местная администрация приняла должные меры, и спустя некоторое время через озеро появился другой наплавной мост, отвечающий всем требованиям безопасности.

Какова ситуация с плавучими ресторанами? Они безопасны?

Сергей Сазин: Весной этого года мы обнаружили многочисленные нарушения санитарных, противопожарных норм и требований техники безопасности в ресторане "Dozari", было возбуждено уголовное дело, деятельность ресторана приостановили по решению суда. Генеральный директор заведения в итоге осуждена, нарушения устранены.

К счастью, трагедии на водном транспорте, как правило, удается предотвратить. Но на железной дороге люди гибнут регулярно. Почему?

Сергей Сазин: Нет необходимой защищенности территорий. Возьмем для примера железнодорожный вокзал. Чтобы попасть внутрь, нужно пройти через специальную рамку, а багаж провести через рентгеновский аппарат. Свободного доступа на пути нет. Но на незначительном от вокзала расстоянии может быть так, что ограждения либо не будет вообще, либо оно окажется разрушенным. Именно в тех местах, где отсутствует должное ограждение, переходят железную дорогу пешеходы, именно там ищут возможность сесть на поезда зацеперы. В конце концов такие места могут привлечь террористов.

Так что же делать?

Сергей Сазин: Ставить ограждение, организовывать надлежащую охрану, применять ряд других мер профилактики.

Но это, наверное, очень дорого?

Сергей Сазин: Посмотрите на автомобильные магистрали. На скоростных участках высокие ограждения видим. Такие конструкции не только повышают безопасность объекта, они еще защищают жителей окрестных домов от шума и пыли. В границах населенных пунктов вдоль железнодорожного полотна такие заборы необходимы.

А вопрос денег в данной ситуации, мне кажется, некорректен. В Приморском районе Петербурга есть участок железной дороги, где погибло семь человек, и последний раз - еще и подросток. Сейчас в связи со всей этой ситуацией мы возбудили уголовное дело по факту халатности. А всего с начала года возбуждено 12 дел в связи с травмированием и гибелью людей на объектах железной дороги.

Сейчас большое внимание уделяют делам, связанным с невыплатой заработной платы.

Сергей Сазин: Мы тоже такие дела расследуем, если они касаются транспортных предприятий. Так, по нашей инициативе были возбуждены уголовные дела в отношении руководителей мурманских коммерческих организаций "Авиакомпания "Арктика" и "Мурманское авиапредприятие". Изначально при возбуждении дел фигурировало 13 потерпевших, и суммарная задолженность перед ними составляла порядка 1,5 миллиона рублей. Я ездил в Мурманск, где общался с губернатором области, проводил личный прием работников предприятий. Люди поняли, что можно к нам обратиться за защитой, и в итоге в делах оказалось 150 потерпевших, выявлен общий долг по их зарплате в размере около 45 миллионов рублей.

Следователи арестовали имущество предприятий, в том числе два вертолета на сумму 25 миллионов рублей. Уголовные дела направлены в суд для рассмотрения по существу. Будучи под уголовным преследованием и давлением собранных улик, руководители авиапредприятий погасили задолженность.

А другие нарушения прав граждан в других сферах транспортных предприятий вы рассматриваете?

Сергей Сазин: Да, на самом деле, деятельность нашего управления довольно обширна. Мы занимаемся не только непосредственно транспортными предприятиями, но и всеми объектами инфраструктуры, которые находятся на их балансе. В частности, расследуем врачебные ошибки в ведомственных больницах, нарушение требований охраны труда и безопасности на производстве, получение взяток преподавателями в ведомственных вузах, реализацию опасной продукции в точках общественного питания, расположенных на транспорте и, конечно же, убийства, изнасилования, причинение тяжких телесных повреждений со смертельным исходом. В нашем ведении и экологические вопросы. Так, в Мурманске возбуждено уголовное дело, связанное с перевалкой в порту угля открытым способом. Беспокойство горожан вызывала угольная пыль, она попадала в атмосферу, оседала в жилых кварталах. Сейчас в порту устанавливаются шестиметровые пылеподавляющие ограждения, в следующем году будут установлены конструкции высотой в 20 метров.

А как транспортные объекты в целом защищены от террористических угроз?

Сергей Сазин: Меры безопасности, конечно, усиливаются. Недавно в метрополитене Петербурга начали дежурить кинологи. Рамки выявляют ряд опасных предметов, но собаки могут чувствовать разные типы взрывчатых веществ, да и сами злоумышленники при виде собаки начинают нервничать, тем самым выдавая себя. На вокзалах проверяют содержимое сумок. Но, как мне кажется, не стоит ограничиваться только этим. Общемировая практика такова, что ставка делается не на багаж пассажира и содержимое его карманов, а на оценку его поведения и личностных характеристик. Любой террорист - это человек, его могут выдать эмоции. В вопросах защищенности объектов от разного рода угроз координация различных ведомств особенно важна. Обмениваясь информацией, оперативными данными, мы должны объединять свои усилия, ведь наша задача - не только реагировать на преступления или трагические происшествия, но и предотвращать их.